История формирования болотной растительности в дельтовом ландшафте реки Неман в голоцене
Аннотация
Описаны основные этапы развития Большого Мохового болота — крупнейшей болотной системы Калининградской области, расположенной в южной части дельты Немана. Приводятся данные о структуре торфяной залежи и ботаническом составе торфа, скоростях торфонакопления в разные периоды голоцена. Установлено, что развитие болотной экосистемы началось в середине атлантического периода, около 7000 калиброванных лет назад (кал. л. н.). Первыми торфообразующими сообществами болота стали влажные черноольшаники с тростником, сменившиеся в конце атлантики — начале суббореала тростниковоосоковыми сообществами. В первой половине суббореала доминировали высокотравные осоковые биогеоценозы низинного болота, во второй стали распространяться сфагновые мхи, что привело к формированию фитоценозов переходного болота. В субатлантике произошел окончательный переход болота в верховую стадию.
2. Домбровская А. В., Коренева М. М., Тюремнов С. Н. Атлас растительных остатков, встречаемых в торфе. М.; Л., 1959.
3. Игнатов М. С., Афонина О. М. Список мхов территории бывшего СССР // Arctoa: бриологический журнал 1992. Т.1 (1–2). С. 1–85.
4. Кац Н. Я., Кац С. В., Скобеева Е. И. Атлас растительных остатков в торфах. М., 1977.
5. Короткина М. Я. Ботанический анализ торфа // Методы исследования торфяных болот / под ред. М. И. Нейштадт. М., 1939. Ч. 2. С. 5–59.
6. Лисс О. Л., Абрамова Л. И., Аветов Н. А. и др. Болотные системы Западной Сибири и их природоохранное значение / под. ред. В. Б. Куваева. Тула, 2001.
7. Матюшенко В. П. Определение осок в торфе по корешкам // Методы исследования торфяных болот / под ред. М. И. Нейштадт. М., 1939. Ч. 1. С. 93–102.
8. Матюшенко В. П. Определение древесных остатков в торфе // Методы исследования торфяных болот / под ред. М. И. Нейштадт. М., 1939. Ч. 1. С. 103–115.
9. Минкина Ц. И. Зондирование торфяной залежи, распределение и взятие проб торфа на болоте // Методы исследования торфяных болот / под ред. М. И. Нейштадт. М., 1939. Ч. 1. С. 31–63.
10. Пьявченко Н. И. Степень разложения торфа и методы ее определения. Красноярск, 1963.
11. Тюремнов С. Н. Районирование торфяных месторождений // Торфяные месторождения Западной Сибири. М., 1957. С. 129–142.
12. Черепанов С. К. Сосудистые растения России и сопредельных государств (в пределах бывшего СССР). СПб., 1995.
13. Galka M., Tobolski K., Zawisza E., Goslar T. Postglacial history of vegetation, human activity and lake-level changes at Jezioro Linówek in northeast Poland, based on multiproxy data // Vegetation History and Archaeobotany. 2014. Vol. 23. P. 123–152.
14. Lamentowicz M., Obremska M., Mitchell E.A.D. Autogenic succession, land-use change, and climatic influences on the Holocene development of a kettle-hole mire in Northern Poland // Review of Palaeobotany and Palynology. 2008. Vol. 151. P. 21–40.
15. Mayewski P. A., Rohling E. E., Stager J. C. et al. Holocene climate variability // Quaternary Research. 2004. Vol. 62 (3). P. 243–255.
16. Reimer P. J., Bard E., Bayliss A. et al. IntCal13 and Marine13 Radiocarbon Age Calibration Curves 0–50,000 Years cal BP // Radiocarbon. 2013. Vol. 55. № 4. P. 1869– 1887.
17. Stancikaite M., Kabailiene M., Ostrauskas T., Guobyte R. Environment and man around Lakes Duba and Pelesa, SE Lithuania, during the Late Glacial and Holocene // Geological Quarterly. 2002. Vol. 46 (4). P. 391–409.
18. Starkel L. Present-day events and the evaluation of Holocene palaeoclimatic proxy data // Quaternary International. 2011. Vol. 229. P. 2–7.